Акция прикрытия - Страница 5


К оглавлению

5

Доступ к книге ограничен фрагменом по требованию правообладателя.

Министр национальной обороны утвердительно кивнул головой и, прерывая коллегу, заметил:

– Если потребуются водолазные работы на больших глубинах, придется просить помощи у американцев. Премьер-министр пожал плечами.

– Думаю, с этим не будет проблем. В конце концов, мы партнеры по НАТО. Что еще?

– Еще проблема сохранения тайны... – Скандалидис раскрыл стандартную кожаную папку.

– Ход следствия строго засекречен, – встрепенулся Папатемелис.

– И тем не менее... – Министр внутренних дел извлек несколько газет. – Статья в «Трибуне»: «Трупы у острова Тинос» с двумя фотографиями. «Послеполуденная»: «Тайна неопознанных утопленников», три фотографии, причем в кадр попала часть акваланга, по которой специалист может определить страну его изготовления. Правда, хороший специалист...

– Все ясно, – мягким жестом премьер-министр остановил докладчика. – Задача генерального секретариата по печати и информации приостановить появление подобных материалов на радио и телевидении. Президиум правительства должен провести подобную работу с Афинским информационным агентством. Для максимальной эффективности и полноты расследования, мне кажется, следует объединить усилия ведомств господ Папатемелиса и Скандалидиса... Министры внутренних дел и общественного порядка кивнули.

– Необходимое содействие окажет господин Арсенис, – продолжил глава Кабинета, и министр национальной обороны, в свою очередь, выразил полное согласие. – А в случае необходимости мы обратимся к нашим американским друзьям.

– Как быть с дипломатической оценкой событий? – поинтересовался министр иностранных дел. – Не следует ли внести ноту протеста российскому правительству?

Несколько секунд премьер размышлял.

– Наверное, не нужно спешить с официальными заявлениями, господин Попульяс. А вот приватно оповестить посольство о происшедшем и выразить свою озабоченность... Это другое дело. Ведь у нас ровные дружеские отношения с Россией. И пока не установлено, что инцидент связан с посягательством на интересы Греции, не стоит их обострять. И еще... Папандреу замолчал, что-то обдумывая.

– Вы знаете, что коммунисты вновь поднимают в парламенте вопрос о выходе из НАТО. Их поддерживают новые демократы – это сто двадцать голосов из трехсот. Поэтому расследование имеет очень важное политическое значение. Если будет установлено, что республика подвергается воздействиям извне и это угрожает ее безопасности, Палата депутатов ни за что не проголосует за такое решение...


* * *

Через два дня Андреас Иорданидис сидел в приемной начальника отдела криминальной полиции министерства общественного порядка, дожидаясь пока минутная стрелка ручного хронометра преодолеет последние пять делений. Его вызвали на десять часов, а шеф отличался крайней пунктуальностью, поэтому подчиненные старались всегда являться заранее, чтобы избежать опозданий и связанных с ними разносов.

Андреас поерзал на жестком стуле. Казалось, секунды растягиваются в минуты, а минуты – в часы. Блестящая медная табличка с гравировкой «Антониас Стилиманос» притягивала взгляд и гипнотизировала. Рядовой инспектор с острова Тинос нечасто бывал даже у начальника участка в Пирсе, а на такой уровень вообще попал впервые.

Инспектору недавно исполнилось тридцать два года – возраст достаточный для того, чтобы сделать карьеру. И предельный для последней попытки запрыгнуть на более высокий уровень. Но для такого прыжка необходим трамплин: полезные знакомства, связи с сильными мира сего или, на худой конец, раскрытые сложные преступления. Знакомств и связей у сельского парня из Македонии не было, оставалось надеяться на профессиональные успехи. Провал операции по наркотикам мог положить конец всем надеждам, но обнаружение двух утопленников как бы нейтрализовало неудачу. Он был уверен, что вызов к начальству связан с этим делом.

Привычно приклеив неотразимую улыбку дамского любимчика, Андреас повернулся на шелест пишущей машинки.

– Когда вызывают к начальству, трудно представить, что тебя ждет – благодарность или взыскание, – завораживающим баритоном произнес он. Приходилось делать над собой усилие: сухая бесцветная особа неопределенного возраста не вызывала совершенно никакого интереса.

– Зато потом узнаешь это наверняка, – безразлично ответила секретарша, – вам осталось потерпеть три минуты.

Обаяние инспектора явно на нее не подействовало. Злые языки говорили, что секретарш подбирает жена шефа и невосприимчивость к мужскому обаянию является одним из главных, если не непременным условием.

Ровно в десять Иорданидис вошел в просторный кабинет, обставленный старой, массивной, добротно сделанной мебелью. Настоящее дерево, настоящая кожа обивки, настоящая сталь головок обивочных гвоздей – все это выгодно отличало обстановку от новомодной офисной мешанины хромированных трубок, дымчатого стекла, штампованной пластмассы и создавало атмосферу обстоятельности и надежности, столь необходимую государственному учреждению.

И от крепкой, начинающей затягиваться возрастным жирком фигуры шефа исходило излучение уверенности, властности и непоколебимой силы. Бык. Прозвище приклеилось в молодости, когда начинающий полицейский с разбега вышиб головой дверь дешевого мотеля, выбив пистолет у притаившегося за ней бандита. Потом случалось много историй, закрепивших эту кличку, и не все они были связаны с похождениями в профессиональной сфере. Так что предусмотрительность его супруги имела основания.

Доступ к книге ограничен фрагменом по требованию правообладателя.

5